Олег Анофриев: Сейчас самое стихотворное время

Поэт, писатель, композитор, исполнитель — человек-оркестр Олег Анофриев и на девятом десятке своей жизни продолжает активную творческую деятельность. В планах — выпуск новой книги. Ведь на его счету множество стихов собственного сочинения, а также рассказы, повести, сказки, эпиграммы, музыка к песням, эстрадное и песенное творчество, игра в театре и кино. А книга, которая вышла четыре года назад, называется просто и со вкусом — «Есть только миг».

— Вы, наверное, уже лет пятьдесят пишете стихи? Что подвигло на написание стихов?
— Гораздо раньше, я начал писать стихи ещё в середине прошлого века. А основанием для начала были капустники — я люблю всякие сатирические стишата. В 1956 году Олег Ефремов ставил спектакль-мюзикл «Димка-Невидимка». И он организовал работу так, чтобы все его участники были заняты в создании этой работы. Писал для спектакля и я. Вообще, мои опыты в написании стихов в основном связаны с театральной студией, театром и кино. Я ведь написал песни к нескольким фильмам.
— Вы ведь, как сами признаётесь, писали стихи ещё тогда, когда в молодости были влюблены в актрису Елену Добронравову…
— Какие-то стихи, действительно, писал. Но было это написано так постыдно и носило такой пошловато-примитивный характер, что я их порвал и выбросил — именно поэтому мне теперь за такое «творчество» не стыдно. Было мне тогда 20 лет. А самые первые свои строчки я написал году в 1948-м, когда ещё учился в школе. Это было моё стихотворение, посвящённое 800-летнему юбилею Москвы, — хвалебная такая ода, которая тоже не украшает меня, как поэта.
— А может, виной вашей тяги к стихотворчеству было то, что вы, по вашим же словам, всегда были человеком свободолюбивым и не очень любили подчиняться?
— Да, и это тоже. Но ведь главное — что моё творчество признавали и хвалили. Я, например, недавно нашёл рубль 1949 года выпуска — бежевый такой, почти квадратный. И на нём рукой режиссёра, который работал с нами, Виктора Монюкова, написано мне на память: «Иногда нашему Олежке в голову приходят неглупые мысли».

Я самоучка. Я этим не горжусь, а стыжусь. Но переучиваться мне уже поздно

— Учились когда-нибудь стихосложению?
— Только как самоучка. Я этим не горжусь, а стыжусь. Но переучиваться мне уже поздно. По крайней мере, в той ритмике, которую я чувствую и слышу (порой, не зная, как называются все эти стихотворные размеры), я и пишу.
— У нас в стране слово «поэт» всегда звучало как-то по-военному. А что больше вас вдохновляло: гражданская позиция или какие-то красивые вещи?
— Смысловые. Бессмыслицу я писать не люблю — красивая она или не красивая. То есть пишу такие стихи, которые несут определённый смысл, а порой даже и философию. Я теперь смело могу об этом сказать, потому что у меня есть стихотворения, о которых люди, читающие их, говорят мне: «Да, какие хорошие философские стихи!». Так что сейчас я уже пишу серьёзные стихи, за которые мне не стыдно.
— А что сейчас вас вдохновляет на сочинение стихов — жизнь-то, как говорится, не стимулирует…
— Да вы что — по-моему сейчас самое время писать стихи. События-то какие развиваются яростные и очень значимые. Не тоска зелёная, а активнейшая жизнь, которая бурлит вокруг нас. Я вот ещё не брался за перо по поводу Украины (пока рано), но тоже наверняка появятся у меня стихи и на эту тему.

Никогда не состоял и вообще презираю все эти писательские союзы. Никогда и не стремился, во-первых, потому, что для этого нужно было унижаться, а я, как вы знаете, унижаться не люблю

— Сейчас есть в планах какая-нибудь поэма или что-то типа этого?
— Нет, я пытался один раз написать поэму — до половины дополз и бросил. Потому что это не моё дело.
— Никогда не состояли в Союзе Писателей?
— Никогда не состоял и вообще презираю все эти писательские союзы. Никогда и не стремился, во-первых, потому, что для этого нужно было унижаться, а я, как вы знаете, унижаться не люблю.
— Раньше ведь как: не состоишь в Союзе писателей — не получаешь хороших гонораров.
— А я их и не получал.
— Не было чувства, что бездари, которые сидят и состоят в Союзе, чем-то обворовывают вас и других талантливых поэтов и писателей?
— Нет, у меня такого ощущения нет. Дело в том, что просторы воли, таланта не имеют границ: если ты талантлив — никто тебя обокрасть не сможет (в том смысле, о котором вы говорите). И это не зависит от времени, в котором мы живём — будь то советские годы или наше время.
— А вообще часто общались с поэтами-писателями в те, советские времена? Скажем, в ЦДЛе? Не показывали им свои тогдашние стихи?
— Я с ними — нет (ни в ЦДЛе, ни где-либо ещё не был целое тысячелетие). Они со мной общались по разным причинам — это да. И показывали мне свои стихи и песни. Так что я иногда исполнял песню, написанную кем-нибудь из поэтов, и мы знакомились. Если мне нравились стихи — я пел с удовольствием.
— Часто ли при этом вы редактировали слова к вашим песням, когда видели, что автор не совсем профессионален?
— Да, и делал это очень часто.
— Обижались?
— Возмущались, конечно, авторы. Но я их убеждал, что это должно звучать именно так.
— В мультфильме «В порту» вы стоите соавтором с поэтом Сергеем Козловым.
— Это действительно так, как и то, что из 500 строк текста к песням этого мюзикла на его долю приходится всего 50. А все остальные мои. Причём, вы представьте, что надо ведь все это дописать в стиле автора, чтобы это резко не отличалось.
— Козлов, наверное, тоже возмущался?
— Нет, что вы — он просто денег не хотел платить из своих гонораров. Ведь больше половины было написано мною. А он (и другие такие же авторы) никак не хотел этого делать. И на этом вся наша дружба прекращалась. То же самое было и с мультфильмом «Бременские музыканты».

Cила зажимания рождает противодействие, сопротивление. Если тебе что-то не дают делать, у тебя появляются силы пересилить это

— Кстати, на ваши эпиграмы и «издёвки» тоже обижались?
— А я не знаю — читали они их или нет.
— Книжку выпускать не собираетесь?
— Хотелось бы. Но у меня же вышла года четыре назад книга, называется «Есть только миг».
— Туда вошли и стихи, и проза?
— Стихи, проза, эпиграммы, сказки, рассказы и многое другое — то, что я написал в самые плодовитые годы моего творчества — в 1990-ые. Обидно то, что выпустишь книгу — а потом написал ещё что-то интересное, стоящее. Кстати, в 1990-е годы вышла первая книга, которая называлась «Солдат и балерина» — там были мои стихи, песни, портреты и т. д. А потом, когда появилось большое количество нового материала, я её фактически переиздал и назвал её более рыночно — «Есть только миг».
— Сейчас многие ругают нравы, царившие в советское время. Но ведь рождались гениальные произведения…
— Вы знаете, сила зажимания рождает противодействие, сопротивление. Если тебе что-то не дают делать, у тебя появляются силы пересилить это. Не всегда такое получалось, но иногда случалось.

Беседовал Виталий КАРЮКОВ

 

Ошибка в тексте? Пожалуйста, выделите её и нажмите "Ctrl + Enter"

Подписаться на RSS ленту

   

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Лента новостей

Видео на «Пиши-Читай»

В Петербурге с третьей попытки установили памятник Сергею Довлатову

В Петербурге с третьей попытки установили памятник Сергею Довлатову

До этого презентованный общественности монумент пришлось демонтировать для доделки.

Популярные писатели вернули моду на устное чтение (ВИДЕО)

Популярные писатели вернули моду на устное чтение (ВИДЕО)

В «Гоголь-центре» завершился 21-й сезон «БеспринцЫпных чтений». Этот проект — один из самых странных на…

Певец Алекс Дэй благодаря Гарри Поттеру сам стал немножечко магом

Певец Алекс Дэй благодаря Гарри Поттеру сам стал немножечко магом

Рэпер из Британии прославился тем, что в одной песне использовал практически все заклинания из саги…

Яндекс.Метрика