Алёна Жукова: «Какое-то писательское имя волна сиюминутных интересов вынесет наверх, какое-то, наоборот, забудут, но время работает на истину. Через него, как через решето, отсеивается мусор»

Сценарист, киновед, критик, музыкант и автор захватывающей прозы — это Алёна Жукова, известная. В России Алёна известна как своими замечательными мистическими рассказами, так и фильмом из девяностых «Дикая любовь» — трагической истории юной воспитанницы интерната, связавшейся с мальчиком из «приличной семьи». Алёна более двадцати лет проживает в Канаде, но остаётся верной и русскому кинематографу, и русскому слову. Недавно у Алёны Жуковой вышла новая книга, что стало бесспорно радостным событием для ценителей её творчества…

— Алёна, во-первых, разрешите поздравить вас с новой книгой. Если можно, скажите о ней пару слов. О том, какая она у вас по счёту. Как родилась её идея, как долго писали, мучителен был процесс издания — и всё, что бы вы хотели сказать в этой связи…
— Спасибо за поздравление. Выход этой книги для меня действительно праздник. Очень долго этого ждала. Первый вариант романа «Тайный знак» был написан ещё в 2013 году. Тогда договор с Эксмо так и не был заключён, хотя две первые книги вышли именно в этом издательстве. Причины могут быть разные, но точно знаю: если бы не доброе отношение ко мне редактора Юлии Качалкиной, то вообще никаких моих книг не было бы издано. Юлия прежде работала в Эксмо ведущим редактором современной русской прозы, а теперь она шеф-редактор такого же направления  в издательстве Рипол классик. Именно в Рипол классик и вышел этот роман в январе 2016 года. Юлия Качалкина обратила внимание на мою прозу ещё в 2010 году  с подачи Ирины Горюновой,  очень чуткого и опытного литагента. Ведь это почти невероятно, чтобы за несколько недель решилась твоя судьба.  Человек читает твой конкурсный рассказ, мгновенно с тобой связывается, ты высылаешь всё, что пописывала «в стол», и чуть ли не на следующий день получаешь предложение работать над книгой, а через месяц рукопись уже в издательстве. Так было с первой книгой короткой прозы «К чему снились яблоки Марине». Я бесконечно благодарна этим двум  профессионалам — Ирине и Юлии. Они изменили мою жизнь.
После первой книги очень быстро вышла вторая — роман «Дуэт для одиночества», который вошёл в лонг-лист Русской Премии, а вот с третьей произошла заминка. Перерыв в четыре года. Возможно потому, что я ушла из жанра психологической и, отчасти, мистической прозы, издателям это не нравилось. Но мне захотелось написать авантюрно-исторический роман, такой, который легко бы переносился на экран. Моё кинематографическое прошлое не давало покоя. Отсюда стиль романа — скупой на описательность, динамичный сюжет, обилие действующих лиц, некоторая фрагментарность и скачки во времени. По форме — это семейная сага, охватывающая четыреста лет российской истории с элементами мистики. Возможно, это неудачная попытка, поскольку для романа там недостаточно глубины, а для сценария недостаточно лаконизма, но режиссёру, с которым я раньше работала, роман понравился, и он начал выстраивать концепцию будущего фильма. Случится ли в результате экранизация, появится ли сериал, большой вопрос. Пока об этом говорить трудно. Для меня важно то, что я попробовала себя в жанровой литературе,  и это принесло большое удовольствие. Судя по первым откликам читателей, не только мне. Ведь дорогого стоит признание незнакомого человека на LiveLib — «Давно не читала таких книг, от которых не оторваться, все дела заброшены…»
— Вы пишете не так уж много, но книги у вас запоминающиеся. Писательство, которое, применительно к вам, наверно, уместнее было бы назвать storytelling, — какое место занимает в вашей жизни? Поправьте, если я ошибаюсь, но в литературу вас привёл и успешно ведёт ваш талант рассказчика. Просто, если можно, расскажите хотя бы вкратце, о том, как решили попробовать себя в писательстве. Как к нему пришли. Как на вас повлияла дружба и сотрудничество с Людмилой Улицкой…
— Да, вы правы, пишу не много, хотя три книги и участие в разных сборниках — не плохой результат. Ведь писатель пишет не для того, чтобы бить рекорды по скорости и количеству. Если хоть один рассказ запомнится читателю, уже хорошо. Знаю, что разным людям нравятся разные рассказы. Часто слышу «Знаешь, всё хорошо, но вот…», и дальше называется какой-то один рассказ и: «Это грандиозно! Если бы ты только его написала, то уже, считай, прожила жизнь не зря…»  Я слушаю, киваю и загибаю пальцы про то, сколько уже жизней прожила не зря.  А первый рассказ, который написала (именно рассказ, а не сценарную заявку), это был «Мадам Дубирштейн». Написала от тоски и бессилия, понимая, что моя киношная карьера в эмиграции вряд ли возможна. Конечно же, с трепетом и терзаемая сомнениями, послала его моей давней подруге Людмиле Улицкой.  Зная добрую душу Люси, но при этом бескомпромиссность в том, что касается профессии, не ждала похвал, но и осуждения особого тоже. Так оно и вышло. Её вердикт был таков: есть инструмент, на котором ещё не умеешь играть. Мне, как музыканту по первой профессии,  это многое объяснило. Значит, решила я, не всё потеряно. Инструмент — это свой собственный голос,  ни на кого не похожий. Это, пусть небольшой, но подарок, надо работать и учиться. До сих пор, я считаю этот рассказ одним из самых удачных. Даже если Люся так не считает (ей понравились другие), она нашла возможным меня поддержать и написать для первой книги чудесное напутствие, которое вынесено на обложку. Получается, что ещё одна замечательно талантливая женщина сыграла важную роль в моей судьбе. Как говорят в Канаде, стране, где я уже живу двадцать лет, это great privilege (большая привилегия — Ред.) знать таких людей, быть им хоть чем-то интересной.
— Справедливо ли назвать Людмилу Евгеньевну вашим учителем и наставником в писательском деле? Дружите ли вы сейчас, общаетесь?
— Думаю, можно сказать, что Люся тот учитель, который даже не представляет, чему может научить, но при этом своим существованием и творчеством учит многому. Могу ли я претендовать на звание ученика? Нет, конечно. Наши отношения совсем не об этом. Я пишу ей письма о своём житие-бытие, она мне — о своём. Самая большая радость — быть в числе её первых читателей. Ценю то, что ей интересно моё мнение, а вот просьбами прочесть моё стараюсь не злоупотреблять, только когда уже выходит где-то. Но, если она что-то советует, обязательно прислушаюсь. Не всегда получается довести до совершенства, частенько сдаюсь. Поражаюсь её таланту, мощи, мудрости и силе. Мне бы хоть толику этого.  И ведь этому не научишься…
— Помнится, всё постсоветское пространство было потрясено вашим фильмом «Дикая любовь». Спасибо вам за него! Это реальная история, основанная на правдивых событиях? Или тут сыграло роль ваше богатое воображение и дар сочинителя. Как получился этот шокирующий сюжет и блестящий сценарий?
— Сценарий был написан не мной, но по моей идее и с моим участием, о чём свидетельствуют титры картины, а писал его замечательный сценарист Юрий Коротков. Идея была подсмотрена в жизни и соединила две несвязанные между собой истории: одну вполне безобидную про девочку американку, приехавшую в Одессу по студенческому обмену и страдающую животом от плохой пищи и неразделённой любви, а вторая — про воспитанницу московского детского дома, которая решила уничтожить предмет своей влюблённости, чтобы не дать уйти к другой. Я их соединила и придумала ход, как объединить. Писать сценарий не решилась, да и не приветствовалось такое. Я работала редактором на Одесской киностудии, это могло быть расценено как использование служебного положения, а вот в соавторстве — пожалуйста. Да и вряд ли сама бы вытянула тогда. Опыта не было. Обратилась к Юрию Короткову, он ухватился за идею, приехал в Одессу, так и написался сценарий. Совсем недавно я была приглашена на Одесский Международный фестиваль. Там показывали «Дикую любовь». Прошло больше двадцати лет, а фильм звучит современно. В зале было много молодых людей, они смотрели его с восторгом, потом спорили, обсуждали. Думаю, потому, что он о вечном — о любви и предательстве, о конформизме и самоотдаче, о добре и зле.
— Известно, что дело вашей жизни — это кино. Для вас кинематографическая и литературная деятельность — взаимодополняемы, или каждая — автономна?
— Обе стороны связаны. Вот только эмиграция всё расставила по местам. Начинать с нуля карьеру сценариста в чужой языковой среде непросто, хотя были надежды. Мой сценарий короткометражного фильма по повести Николая Васильевича Гоголя «Нос» получил государственный грант Канады, но фильм так и не был снят. Я разочаровалась, даже опустила руки, но решила попробовать «реставрировать» своё киношное прошлое, затеяв с единомышленниками Фестиваль Российского кино в Канаде. Помогли люди, связи. Фестиваль уже существует шесть лет и был поддержан Министерством культуры РФ. Надеюсь, что он выживет, несмотря ни на что. А после того как были изданы мои книги, я задумалась о том, что стоило бы создать в Канаде литературный журнал на русском языке — ведь он может стать площадкой для новых авторов.
Кинофестиваль продемонстрировал мне, как многочисленна и как блестяще образованна русскоязычная комьюнити Канады. Очень много творческих людей, им нужно быть услышанными. Так появился канадский международный литературный журнал «Новый Свет», где я — главный редактор. Некоторым нашим авторам уже предложено заключить договоры с издательствами в России, значит я не ошиблась. Горжусь этим и рада за них. В этом году журнал учредил премию имени Эрнеста Хемингуэя.  Это имя выбрано не случайно: Хемингуэй начинал свой творческий путь в Торонто в газете «Toronto Star». Может, и наших авторов ожидает такая же блестящая литературная судьба, как у Хемингуэя. Кроме кино и литературы,  есть ещё одна составляющая в моей жизни — это музыка. Я музыкант по первому образованию. Всё это работает на результат, а уж какой он, не мне судить.
— Если можно, какие книги и какие авторы вам близки и дороги? Каких, может быть, вы взяли с собой из детства и юности?
— Поскольку детство моё — это Одесса, то и литературные вкусы, наверное, были определены духом этого вольного, прекрасного и весёлого города. В моём окружении все читали и могли цитировать по памяти Ильфа и Петрова, Катаева, Паустовского, Олешу и Бабеля. «Три толстяка» Олеши — это для меня навсегда, как и книги почти забытого Бориса Житкова. В детстве бесконечно перечитывала его морские рассказы, а в зрелом возрасте прочла роман «Виктор Вавич», который стал для меня открытием и потрясением одновременно. На мой взгляд, «Виктор Вавич» — это редкий образец восхитительной прозы. Жаль, что мало кто о нём знает.
— Кто из современных авторов, русских и нерусских, снискал ваше внимание и симпатии? Кто из русскоязычных, по-вашему, имеет шанс войти в золотой фонд нашей литературы?
— В данный момент читаю рукописи, присланные в редакцию журнала. Честно, не всегда это доставляет удовольствие. Боюсь вообще потерять интерес к чтению, поэтому как только появляется свободное время, стараюсь прочесть то, о чём сегодня пишут критики. Имён много, глаза разбегаются. Но уже усвоила для себя правило — если не затягивает через страниц двадцать, откладываю, а уж что касается языка и стиля, это ясно с первых строк. По поводу того, кто войдёт и кто не войдёт в золотой фонд литературы, покажет только время. Писателя без читателя не существует. Каким будет читатель, зависит не только от книг, а от атмосферы в обществе, от ценностей, которое это общество исповедует. Какое-то писательское имя волна сиюминутных интересов вынесет наверх, какое-то, наоборот, забудут, но время работает на истину. Через него, как через решето, отсеивается мусор.
— Что в данный момент пишете? Над чем работаете?
— Пишу новый роман, вернувшись к прежнему жанру психологической прозы, где есть пространство для исследования души, загадок сознания и подсознания, снов и реальности. Один из рассказов «Август» стал основой этого романа (Сборник «Записки пациентов» изд-во АСТ, 2014). Не самый весёлый рассказ, конечно, но он только дневник героини. В романе много забавного и странного. Пока есть условное название — «По дороге в Таиланд», вот в этом состоянии дороги постоянно и существую, плохо представляя, куда она меня приведёт. Чтобы выбраться из романного лабиринта, иногда пишу рассказы. Собрала новый сборник из старого и нового. Назвала его «Обратная связь», по названию одной из моих прежних сказок из книги «К чему снились яблоки Марине». Эта сказка про то, что обратная связь с миром непознанным, видимо, всё-таки существует. Буду надеяться, что издательства заинтересуются.
—  Как человек, давно проживающий вдали от России и Украины, поделитесь вашими чувствами от того, что сейчас происходит между двумя странами, которые, видимо, обе вам родные. Какое пожелание вы бы хотели в связи с этим высказать?
— Что тут скажешь, происходит настоящая катастрофа. Некоторые люди всё сокрушаются о распаде Советского Союза, а на мой взгляд, всё, что происходит сейчас между очень близкими, действительно братскими народами, гораздо страшнее: много лжи, манипуляций, глупости. Страшно, что люди привыкают к слову «война». Зачем, кому это надо? Разлад и деление на своих и чужих — беда. В своём романе «Тайный знак» я сравниваю это со статическим напряжением, которое возникает от взаимодействия разных потенциалов. В быту это вещь неприятная, но переносимая, но ведь похожие процессы приводят к разрушительным последствиям, например, к удару молнии. Упаси нас Бог от таких метафор. Хватит ударов и разрушений. Эти два народа, связанные долгой общей историей, хлебнули сполна. Настало время остановиться.

Беседовала Елена СЕРЕБРЯКОВА

Ошибка в тексте? Пожалуйста, выделите её и нажмите "Ctrl + Enter"

Подписаться на RSS ленту

   

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Лента новостей

Видео на «Пиши-Читай»

В Петербурге с третьей попытки установили памятник Сергею Довлатову

В Петербурге с третьей попытки установили памятник Сергею Довлатову

До этого презентованный общественности монумент пришлось демонтировать для доделки.

Популярные писатели вернули моду на устное чтение (ВИДЕО)

Популярные писатели вернули моду на устное чтение (ВИДЕО)

В «Гоголь-центре» завершился 21-й сезон «БеспринцЫпных чтений». Этот проект — один из самых странных на…

Певец Алекс Дэй благодаря Гарри Поттеру сам стал немножечко магом

Певец Алекс Дэй благодаря Гарри Поттеру сам стал немножечко магом

Рэпер из Британии прославился тем, что в одной песне использовал практически все заклинания из саги…

Яндекс.Метрика