Нина Дашевская: «Не думаю, что кто-то пишет ради денег. Есть множество более простых способов заработать»

Сегодня мы рады приветствовать на нашем литературном портале замечательного детского автора и музыканта Нину Дашевскую!
— Нина, вы профессиональный музыкант и, судя по всему, счастливы в своём деле. Именно музыке вы обязаны своим писательством? Стали бы вы писать, если бы были, к примеру, инженером-программистом или экономистом?  
— Мне трудно себя представить экономистом или инженером, это был бы другой человек. Конечно, музыкальное образование определённым образом организует мышление; так что музыка влияет не только на мои литературные опыты, но и на меня вообще.
Если бы меня всё же нашла другая профессия — рано или поздно я тоже стала бы писать. С музыкой это не очень связано; хотя, наверное, профессиональная работа со звуком даёт себя знать в текстах. По крайней мере, я на это надеюсь.
— Как молодой и уверенно заявивший о себе автор, пожалуйста, поделитесь, как всё было. Как вы начали писать? Когда садились за первую книгу, что вы от неё ждали? Были ли уверены в том, что она найдёт читателя?
— Я не садилась за «первую книгу». Это были просто сказки и рассказы, и повесть (очень долго одна, первая). Мне и в голову не могло прийти, что меня будут издавать. Короткие тексты могли рассчитывать на публикацию в журнале «Кукумбер», длинные — на то, что их прочтут несколько друзей. Этого мне было достаточно. Я писала довольно мало и чаще всего «в стол», каких-то писательских амбиций никогда у меня не было.
— Вы знали, что писательство сегодня — не самое прибыльное дело, мягко говоря? Почему вас это не остановило?
— Я не воспринимаю писательство как способ зарабатывания денег, это было бы глупо. Не думаю, что кто-то пишет ради денег, особенно детское. Есть множество более простых способов заработать.
— Как вы нашли издательство для своей первой книги? Это был счастливый случай или вам помогали?  
— Бесспорно счастливый случай, мне повезло. Мою первую книжку взяли вDashevskaya Nina «Детгиз» практически «с улицы», спасибо им за это огромное.
Но это был эксперимент, всё же я сейчас пишу совсем другие тексты. И тут главную роль сыграли конкурсы. На конкурсы может подавать рукопись любой человек, никакой агент не нужен. И если текст интересный — издатели обратят на него внимание.
— Расскажите, пожалуйста, о себе. Где вы выросли? Кто ваши мама и папа? Что читали в детстве? Кто были ваши любимые авторы, литературные герои? Вообще, уважали ли чтение в вашем доме?
— Я родилась в Твери и там жила до восемнадцати лет. Мама — химик, папа — физик. Они из Одессы, а бабушка моя из Грузии.
Читала в детстве всё подряд, заглатывала «не жуя», книг в доме было довольно много. К тому же у меня есть старшие брат и сестра, их чтение часто оказывалось и моим. Фразы «Не трогай мою книгу» и «Тебе это рано, ты не поймёшь» очень способствуют интересу к чтению.  К тому же у меня зрение не очень, и потом, все музыканты знают: никогда не бывает такого, чтобы ты позанимался на инструменте достаточно. Так что это было такое чуть запретное и потому особенное удовольствие.
Любимых авторов или героев не могу назвать, мне нравилось всё. Про пионеров, про путешествия, про школу, про древние времена, про космос  — вообще всё. Чаще других, наверное, перечитывала «Журавлёнка и молнии» Крапивина, но какой важной для меня оказалась эта книга, поняла уже потом. Ещё очень любила фантастику, в основном рассказы (до сих пор больше люблю читать короткие тексты).
— Самые близкие вам писатели — кто они? Есть ли кто-то «самый-самый»?
— Тоже не могу ответить, это всё время меняется. Первое сильное увлечение было в седьмом классе — Набоков, потом, кажется, зарубежная фантастика, потом Чехов. Ещё немцы — Томас Манн, Гессе. Бёлль, Гофман. Не могу сказать, что хорошо их знаю — просто тогда они очень читались и перечитывались.
«Шум и ярость» Фолкнера долго была очень важной книгой.
В прошлом году совершено внезапно — Олеша, «Ни дня без строчки». Очень сильно помог мне Олеша.
Но ещё есть Стругацкие, которые мне дороги лет с пятнадцати, и до сих пор моё чувство к ним не ослабевает. У них открывается всё больше и больше, дна нет.
Сейчас всё с большим удовольствием читаю современную прозу, и подростковую, и (совсем недавно) взрослую. Подростковая мне всё же интереснее. Но вообще мало читаю, хотелось бы больше.
Из последнего очень понравился Гэри Шмидт, особенно «Пока нормально». Вообще американцы стали интересовать, особенно когда начала писать. Мало знаю их, хочется больше.
Так как читаю только по-русски, говорю огромное спасибо нашим переводчикам — и за скандинавские тексты, и вообще за всё. Языковая культура не может существовать в изоляции; переводчики часто остаются в тени, но роль хорошего перевода огромна.
Из современных русских авторов мне очень интересны Дарья Вильке, Мария Ботева, Юлия Кузнецова, Евгения Басова, Наталья Евдокимова. Они пишут очень разное, каждый из них делает что-то особенное, на мой взгляд. Вообще сейчас много интересного происходит в детской литературе. Именно сейчас.
— Как вы считаете, что нужно такого, чтобы дети с малых лет любили чтение? Как привлечь к книге и отвлечь от планшета?
— Если родители сами много читают и много разговаривают с ребёнком — думаю, он сам разберётся, что к чему. Если мало читают, но, скажем, любят музыку — тоже разберётся. Просто важно показать, что есть разные виды искусства, иногда довольно сложные. И есть люди, которые любят и ценят это сложное.
К чему приведёт фраза «Убери, наконец, свой телефон, иди лучше книжку почитай!» — думаю, вы догадываетесь.
Ещё очень хорошо иногда отправиться в путешествие, где не будет возможности пользоваться компьютером. Готовы ли сами родители к такому испытанию? Вообще это отличный способ отдыха, возвращение к общению исключительно вслух, такая информационная детоксикация. И конечно, лучше всего книги читаются в дороге.
Ну и главное: гаджеты — это же не зло, а инструмент, вопрос, как ими пользоваться. В первую очередь, инструмент для общения. И если наши дети вместо того, чтобы читать книгу, пишут письмо живому человеку — возможно, нам есть чему поучиться у них.
— Чего, по-вашему, сегодня не хватает детской литературе? А литературе в целом?
— Не совсем по адресу вопрос. Я вижу, есть много людей, которые делают что-то именно для литературного процесса: издают книги, устраивают фестивали, встречи с детьми, семинары. Я такими людьми восхищаюсь и не понимаю, как они делают это: я же просто пишу такие книги, которых, мне кажется, сейчас не хватает.
А так сейчас очень много есть новых книг, которые хочется прочесть. По крайней мере, в Москве. Вот это, наверное, ключевая проблема. В Москве всё неплохо, но до неё многим далеко. Но это проблема не только в литературе.
— Пожалуйста, расскажите про вашу новую книгу. Как родилась идея «Вилли»? Долго ли вы его писали? Если можно, хотя бы вкратце, о чём эта книга?
Dashevskaya Nina— Это книжка про говорящий велосипед. Я велосипеды очень люблю, для человека (не только для ребёнка) это не просто механизм, а такой товарищ, вроде коня. И мне хотелось весёлую книжку: появился у мальчика Севки такой друг и стал его развлекать.
А вышло совсем другое. Вышло, как всегда у меня выходит, про живых друзей, настоящих. Как-то они сами в мою книжку пришли. И ещё про некоторых мечтателей, не только детей, но и взрослых. Я вообще люблю, чтобы взрослые в книгах были необыкновенные. Мне кажется, в детской литературе взрослые слишком часто — скучные личности. А в жизни мне встречается много исключительно прекрасных взрослых людей.
Может, книга получилась не такой весёлой, какой задумывалась, но я не жалею об этом. И иллюстрации Евгении Двоскиной совершенно прекрасные.
— А как вы «угадываете», что книга будет интересна ребёнку или подростку? Это интуиция? Или просто потому что сами ещё не слишком далеко ушли от школьного возраста? И, кстати, не скучаете ли по детству? Не хотели бы вернуться, например, в свои десять-одиннадцать или пятнадцать лет?  
— Как угадываю? Не знаю, везёт, наверное. Ну и стараюсь не упускать возможности поговорить с настоящими, живыми детьми. Это лучший способ. С некоторыми переписываюсь.
Ушла ли я от школьного возраста? В чём-то, конечно, да. В чём-то нет. Делать вид, что я такая же, как они — бессмысленно, это враньё. Врать нельзя. Вообще. Такой вот парадокс возраста; мне тридцать шесть лет, иногда чувствую себя даже старше, и притворяться подростком глупо. Но ощущения человека в тринадцать я помню очень хорошо. Как-то у меня память застряла в этом возрасте, дальше многое помою хуже.
Вернуться в школьный возраст — нет, никогда не хотелось. Взрослым быть гораздо легче, и возможностей больше. Конечно, и обязанностей у взрослых прилично; но всё же стать обратно ребёнком и ходить в школу (причём у меня была прекрасная школа!) — нет, не хочу.
— Нина, у вас уже несколько литературных премий. Какие? И какая из них наиболее дорога вам и выстрадана вами? Дают ли писательские награды чего-то, кроме радости и чувства, что тебя признали?
— У меня три премии: «Книгуру», «Крапивинка» (премия и два диплома), «Новая детская книга». Особенная — наверное, «Книгуру», потому что самая первая. И возможность на протяжении финала напрямую говорить с читателями, с детьми, это очень важно.
«Крапивинка» тоже особенная. То, что Владислав Петрович прочитал мою книгу, и она ему понравилась — необыкновенное ощущение для меня. Как раз «Вилли» получил премию имени Крапивина.
А «Новая детская книга» прекрасна тем, что моментально вышла книга в издательстве «Росмэн».
Премии дают очень много! Внимание издателей, в первую очередь. (А издатели, которые обращают внимание на финалистов премий и не боятся издавать новых авторов — большие молодцы).
Ну и деньги, конечно. Всё же когда получаешь деньги за свою работу — значит, кому-то она нужна.
— Над чем вы работаете в настоящий момент? Какие у вас планы на ближайшее будущее?
— Очень непростой вопрос. Мне становится всё труднее писать, и сейчас в работе у меня ничего нет. Есть несколько разных брошенных кусков, но пока ничего не идёт. К сожалению, работать как настоящий писатель я не умею. Повторяться не хочется, а чего-то нового пока в голове нет.
Зато сейчас меня стали «догонять» мои книги, выходить в печать написанное раньше. В самом конце 2015 года вышла самая первая повесть «Скрипка неизвестного мастера» в ДЕТГИЗе; готовятся к печати в следующем году подростковая повесть «Я не тормоз» (издательство «Самокат») и совсем маленькая, но очень важная для меня книжка про Антонио Вивальди (ДЕТГИЗ).
Очень хочу, чтобы когда-нибудь у меня вышла книжка сказок. Не совсем детских, можно сказать, подростковых. Я сказки очень люблю. Материал есть, но до книги ему ещё далеко.
Возможно, получится и какой-то научно-популярный текст. Сама не знаю пока, что принесёт мне следующий год.

Беседовала Елена СЕРЕБРЯКОВА

Ошибка в тексте? Пожалуйста, выделите её и нажмите "Ctrl + Enter"

Подписаться на RSS ленту

   

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Лента новостей

Видео на «Пиши-Читай»

В Петербурге с третьей попытки установили памятник Сергею Довлатову

В Петербурге с третьей попытки установили памятник Сергею Довлатову

До этого презентованный общественности монумент пришлось демонтировать для доделки.

Популярные писатели вернули моду на устное чтение (ВИДЕО)

Популярные писатели вернули моду на устное чтение (ВИДЕО)

В «Гоголь-центре» завершился 21-й сезон «БеспринцЫпных чтений». Этот проект — один из самых странных на…

Певец Алекс Дэй благодаря Гарри Поттеру сам стал немножечко магом

Певец Алекс Дэй благодаря Гарри Поттеру сам стал немножечко магом

Рэпер из Британии прославился тем, что в одной песне использовал практически все заклинания из саги…

Яндекс.Метрика