Кристина Муратова: Человек, который не хочет всю жизнь просидеть на лавочке с пивом, сам начинает «фильтровать» свою речь и выбрасывать из неё «мусор»

Дорогие читатели, мы продолжаем знакомить вас с молодыми российскими талантами, чья литературная карьера только начинается. Кристине Муратовой всего 23 года. Писать она начала ещё в подростковом возрасте, но то, что уже ею написано, бесспорно свидетельствует, что у этого талантливого автора впереди большие горизонты.

— Кристина, вы уже довольно популярны на молодёжных сайтах. Помимо этого, есть ли у вас ещё какие-то «заслуги» в официальных литературных кругах? Вы уже издавались?
— Два моих рассказа были изданы – в 2008 году рассказ «Чёртова кукла» в журнале «Супер-триллер», и в 2013 году «Мой папа – военный» в сборнике «Мистика» альманаха «АвторЪ». Надеюсь, это можно назвать заслугами.
— Какой свой рассказ на сегодня считаете самым сильным?
— Мне больше всего нравится мой рассказ «Зараза». Каждый раз, когда я перечитываю его, к концу начинает колотиться сердце – значит, нужного эффекта я добилась.
— Расскажите, пожалуйста, о себе. Откуда вы? Что окончили?
— Я из Ростова-на-Дону. Училась в ПИ ЮФУ – педагогическом институте, на факультете психологии. К сожалению, из-за некоторых обстоятельств я отчислилась после второго курса – нужно было идти работать, а переводиться на заочное я не видела смысла. Работой школьного психолога, к сожалению, прокормиться невозможно. Сейчас понимаю, что это было ошибкой, и собираюсь восстановиться. Не ради диплома, а потому что изучение детской психологии и педагогики очень многое может дать и для жизни, и для писательства.
— Когда вы начали писать?
— Писать начала лет в 14, всякую ерунду на самом деле. Первый серьёзный рассказ, «Чёртова кукла», я послала в журнал «Супер-триллер» в 17 лет, и он сразу был издан, что дало мне надежду и толчок работать дальше.
— Что вы читали в детстве? На каких авторах «выросли»? Кто были ваши любимые герои? Насколько была в почёте литература в вашей семье?
— Меня вырастила бабушка, для которой книги были настоящим культом. Поэтому я – образцовый «книжный червь» с самого детства, почётный клиент библиотек. Начинала со сказок, как и все дети – русские, украинские, французские, английские, скандинавские. Так же обожала мифы и легенды, все, которые могла достать. Благодаря этому уже в детстве начала понимать, кстати, что такое менталитет разных стран. В общем, мне тяжело перечислить – я читала абсолютно всё, что могла достать, от обязательной школьной литературы и списков на лето, и заканчивая всякой бульварщиной типа «романов для девочек». Очень любила книги Лидии Чарской, перечитала много советской подростковой литературы типа «Чучела» и «Вам и не снилось», Дину Рубину. Очень любила фантастику и ужасы.
 Книги, которые сильнее всего повлияли на меня в подростковом возрасте – это «Над пропастью во ржи» Сэлинджера и «Мы» Замятина. Это те книги, которые изменили в своё время мою «точку сборки», так сказать.  

Единственное, что ставит препоны в провинции – отсутствие издательств.

— Некоторые считают, что за пределами Московской области культуре уже нет места. Вы с этим согласны? И как вам удаётся реализовываться в творческом плане, находясь в отдалении от столицы?
— Единственное, что ставит препоны в провинции – отсутствие издательств. Что нельзя просто прийти и принести материал – надо отсылать и ждать, ждать. Или, например, проблемы с пересылкой – из-за нашей почты я так и не получила свои экземпляры журнала с моим первым изданным рассказом, и, как назло, в тот же месяц его перестали у нас продавать. Я даже не подержала его в руках – и это очень обидно.
Насчёт культуры – на юге России она очень богатая. Здесь чувствуется большое влияние Украины и украинской культуры, при этом сохраняются и русские особенности. Особый колорит, который в Москве могут не понять.
— Самые близкие вам авторы – кто они? Есть ли кто-то «единственный»?
— Мои любимые авторы – это Булгаков, Замятин, Сэлинджер, Сартр, Брэдбери, Куприн. Очень люблю красивую, философскую фантастику. Но как пример для себя могу назвать Стивена Кинга. Это человек, который достиг высот в том жанре, в котором стараюсь реализоваться и я. Человек с бешеной работоспособностью и всеобъемлющей фантазией.
— Что вы не приемлете в современной литературе? Чего ей, по-вашему, остро не хватает?
— В современной литературе меня очень раздражает, как бы выразиться помягче… мерзость. Многие авторы описывают жуткие мерзости, тем самым ставя себя на пьедестал «незашоренных и свободных». Чтобы вы поняли, о чём я – почитайте «Настю» Сорокина, только тазик для рвоты приготовьте. Это – типа современная литература «не для тупых», в ней нужно искать смысл. Но как его найти, когда при чтении натурально тошнит? Я считаю, автор должен сохранять какую-то этику и уметь выражать свои идеи так, чтобы просто не оскорблять читателя описаниями физиологических процессов и открытой порнографии. А то получается, как в одной панк-песне: «Размазал г**** на стене в сортире – в Питере ты художник в авангардном стиле». Написал что-то, от чего людей воротит – ты крутой провокационный писатель, а «быдло» не видит смысла. Многие сейчас этим грешат, и это неприятная тенденция.
— Каким вы видите будущее русской литературы? Как по-вашему, сегодня она переживает подъём или спад?
— Сейчас у людей свобода слова, свобода размещения произведений, легко найти аудиторию – и это, безусловно, хорошо. Я уверена, что время само отделит зёрна от плевел, и учебники литературы со временем пополнятся многими произведениями.
— Как литератор что вы думаете по поводу сохранения чистоты русского языка, даже элементарной грамотности? Что бы вы посоветовали молодым людям, чтобы оберегать себя от похабщины и ненорматива, который у многих уже стал разговорным, бытовым языком?
— К сожалению, сейчас модно быть «крутым, плюющим на правила», в том числе на правила языка. Мне кажется, многие молодые люди сами от этого уходят – понимая с возрастом, что на самом деле «круто» и что — «не круто». Объяснить что-то подростку невозможно, но, попадая во взрослую жизнь, он сам начинает понимать, что на хорошей работе, в достойной среде общения никто не матерится и не отпускает пошлые шутки. Человек, который не хочет всю жизнь просидеть на лавочке с пивом, сам начинает «фильтровать» свою речь и выбрасывать из неё «мусор».

В современной литературе меня очень раздражает мерзость. Автор должен уметь выражать свои идеи так, чтобы просто не оскорблять читателя описаниями физиологических процессов и открытой порнографии.

— Почему вы пишете: не можете без этого; вам это просто по душе; писательство приносит вам какую-то ощутимую пользу?
— Мне приятно создавать что-то новое. Я получаю от этого настоящее удовольствие. Так же есть одна интересная вещь, которую я заметила. Я пишу в основном триллеры, ужасы, мистику – то есть произведения, где много негатива. И это стало чем-то вроде сублимации, потому что во мне негатива очень-очень мало. Особенно последнее время заметила за собой, что стала очень доброй и сентиментальной, совершенно не приемлю насилия в реальной жизни. Так что, мои рассказы помогают мне.
— Ваши рассказы ориентированы в основном на молодёжь. Откуда вы берёте сюжеты?
— Сюжеты чаще всего просто раз – и приходят в голову. Бывает, сижу, пью чай, и вдруг мысль: «А что, если…» — и рождается новый сюжет.
— Приносит ли вам ваша литературная деятельность хоть какой-то доход? Чем вы зарабатываете на жизнь? И есть ли какие-то условия, при которых вы могли бы бросить писать?
— Не приносит вообще никакого. Если честно, меня обеспечивает сейчас муж, я сама подрабатываю, помогая ему в его работе. Стивен Кинг правильно говорил когда-то, что для писателя очень важно, когда рядом есть человек, понимающий, что писатель очень долго не будет приносить деньги в семью. Это правда так.
— Вам не чужды амбициозные планы? Вы стремитесь к славе?
— Я пока не задумывалась о таких вещах. Пока я не считаю, что смогу написать что-то великое, что войдёт в историю. Я пишу беллетристику, и мои амбиции пока – дописать роман и попытаться продать его в издательство. Дальше пока не замахиваюсь.
— Если сегодня есть такая «палочка-выручалочка», как Интернет, то, возможно, уже и необязательно издаваться в бумажном формате? Вы согласны с этим, или ещё не думали на эту тему?
— Очень много думала об этом. Всё-таки я считаю, что «в бумаге» нужно издаваться. Это как бы признание тебя, что ты писатель. Ведь в Интернете опубликоваться может кто угодно. Я, например, сейчас не представляюсь как «Кристина, писатель», не могу позволить себе такого. А вот когда выйдет роман – начну. Может, это у меня в голове такой блок стоит (улыбка).
— Над чем работаете в настоящий момент?
— Над романом «Самородок», несколько глав из него выложены на самиздате Фан-бука. Это мистический роман о сёстрах-близняшках, одна из которых пропала при таинственных обстоятельствах, а другая, пытаясь с помощью магии связаться с сестрой, навлекла на себя внимание некой мистической сущности, которая начала мучить девушку.
— И последнее: что вы сейчас читаете?
— «Обитаемый остров» братьев Стругацких. Очень нравится!

Беседовала Елена СЕРЕБРЯКОВА

Muratova K

Ошибка в тексте? Пожалуйста, выделите её и нажмите "Ctrl + Enter"

Подписаться на RSS ленту

   

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Лента новостей

Видео на «Пиши-Читай»

В Петербурге с третьей попытки установили памятник Сергею Довлатову

В Петербурге с третьей попытки установили памятник Сергею Довлатову

До этого презентованный общественности монумент пришлось демонтировать для доделки.

Популярные писатели вернули моду на устное чтение (ВИДЕО)

Популярные писатели вернули моду на устное чтение (ВИДЕО)

В «Гоголь-центре» завершился 21-й сезон «БеспринцЫпных чтений». Этот проект — один из самых странных на…

Певец Алекс Дэй благодаря Гарри Поттеру сам стал немножечко магом

Певец Алекс Дэй благодаря Гарри Поттеру сам стал немножечко магом

Рэпер из Британии прославился тем, что в одной песне использовал практически все заклинания из саги…

Яндекс.Метрика