Юлия Шилова: «Моя миссия – делать женщин сильнее!»

Героями литературных романов известной писательницы Юлии Шиловой зачастую становятся люди, которых она встречает в реальной жизни. И именно перипетии нашей действительности в своё время послужили для Юлии катализатором для того, чтобы стать писателем. Огромным стимулом для автора является её общение со своими читателями. А психологическое образование помогает ей давать им дельные советы в нелёгких жизненных вопросах. Да и вся собственная жизнь Юлии запросто могла бы лечь в основу её романа…

— Юлия, что подвигло вас на литературный труд?
— Писателем я стала, можно сказать, случайно. До этого в жизни не написала ни одного стихотворения, ни одной строчки и даже не думала заниматься литературным творчеством. А это пришло, наверное, как любовь приходит к человеку, и вдруг неожиданно у меня пробудился такой дар. Как правило, такое случается, когда ты находишься в пограничном состоянии и кажется, что уже потерял всё, и терять тебе уже больше нечего. Вот в моменты таких депрессий и чудовищных передряг вдруг что-то пробуждается, и человек находит себя заново.
— Что же такое произошло в вашей жизни?
— Когда в 98-м году в стране случился дефолт, я была директором крупной фармацевтической компании, достаточно успешно занималась бизнесом. А тут вдруг бизнес прогорел. Пришлось распустить сотрудников за свой счёт, объявить компанию банкротом. Мой компаньон, с которым мы вместе вели дела, от безысходности застрелился. Тогда это были страшные времена, люди очень плохо реагировали на то, что произошло в стране, было много суицидов. Так что моя жизнь – сама как криминальная мелодрама. На тот момент, когда я потеряла бизнес, мне было очень страшно. Ведь я уже достигла того уровня жизни, к которому долго стремилась. И вдруг вот так остаться у разбитого корыта!.. В связи со всеми этими событиями я впала в чудовищную депрессию. Нет, я, конечно, знала, как правильно общаться с конкурентами, которые вставляют палки в колёса, как вести себя с партнёрами по бизнесу, когда они тебя подставляют. Но когда вот так с тобой поступило государство!.. Я больше не могла представить, как можно в такой стране делать бизнес.

Моя жизнь – сама как криминальная мелодрама

— У вас уже была семья?
— Да, на тот момент я была замужем, у меня было двое детей. Младшей дочке было восемь месяцев. Но, в силу того, что у меня было много работы, личная жизнь не складывалась, и я решила расстаться с супругом. Потому что, когда рухнул мой бизнес, он, вместо того, чтобы меня поддержать, стал злорадствовать: наконец-то, мол, ты станешь простой бабой, которая будет сидеть дома. Всё, что я могла на тот момент сделать, — это собрать его вещи и отправить на вольные хлеба. Так что кризис произошёл не только в стране, но и в моей семье. Потеряв всё на свете, я осталась одна с маленькими детьми.
Тогда-то я и решила написать свою первую книгу. Потому что во мне накопилось столько чувств, эмоций и переживаний, что мне захотелось от них избавиться. Когда я начала писать, то почувствовала, что сама себя лечу своей же книгой. То есть это была своего рода терапия. Потому что в реальной жизни у меня были маленькие дети, одиночество, полная потеря всего. А в книжной истории – роскошная жизнь, в которой я пряталась от суровой действительности. Там мне становилось гораздо интереснее. А в реальную жизнь даже не хотелось возвращаться. Так был написан мой первый роман. При этом мне одной было очень тяжело растить детей. Они часто болели, я вызывала «Скорую», не спала ночами. Так что в то время я даже не думала публиковаться – писала просто для себя, потому что мне нужно было выйти из этого депрессивного состояния. Когда же роман был написан, я подумала: а почему бы мне не попробовать его издать? Так всё и началось.

Я и решила написать свою первую книгу, потому что во мне накопилось столько чувств, эмоций и переживаний, что мне захотелось от них избавиться

— Значит, литературное творчество помогло вам не сломаться?
— Да, я исцелила себя своей же книгой. Не знаю, что было бы со мной, если бы я не стала писать. Мне было бы чудовищно тяжело.
— Получается, вас к тому, чтобы связать свою жизнь с писательской деятельностью, можно сказать, подтолкнула сама судьба?
— Наверное. Я сейчас часто вижу в издательстве людей, которые по 20-30 лет мечтают опубликовать свои книги, специально караулят нужных им людей, просят: мол, помогите, пожалуйста… Наблюдая всё это, я думаю: Господи, как же мне в этой жизни повезло, и всё сложилось так, что в самый тяжёлый период в моей жизни ко мне свыше снизошёл этот дар! Так что я благодарна тому дефолту. Потому что если бы его не случилось, я бы, наверное, никогда не стала писателем.
— На что же вы тогда живёте, извините за нескромный вопрос?
— Я никогда не скрывала, что помимо писательства занимаюсь бизнесом.
— А книги – это для души?
— И для души, и просто это часть моей жизни, с которой я уже не смогу расстаться. Я теперь уже не могу представить, как можно жить и не писать. Потому что носить все эти эмоции в себе – это очень и очень сложно. В общем, бросить писательский труд я уже не смогу. Я уже и в топы вошла, и мне это безумно интересно. Поэтому для меня написание книг – уже не вопрос денег. Конечно, что-то я получаю за них, но, повторюсь, это не те деньги, которые могут поддерживать мой социальный уровень.
— Вы пишите только от женского лица?
— Да, всё это время так и было. А недавно меня попросили написать книгу от мужского. Я думаю: как же так? Я же женщина до кончиков ногтей. Как у меня получится написать от мужского лица? Но я хорошо разбираюсь в мужской психологии, поэтому всё-таки решилась на этот необычный для себя эксперимент. В итоге я написала этот роман, и он разошёлся «на ура». Это был мужчина, который просто по-скотски поступал с женщинами. В общем, я его сделала абсолютным антигероем. И была настолько поражена, когда мне стали писать девушки и говорить, что он вовсе не такой плохой. Он же никому ничего не обещал. Девушки ведь сами позволяли так собой пользоваться и так к себе относиться. Отрицательный герой не вызвал никакого негатива. Мужчины тоже, кстати, соглашались с мнением, что в жизни так и есть: почему, мол, все девки думают, что им кто-то чем-то обязан. Впоследствии я выпустила и вторую часть этой истории, которая тоже была успешной. Так что эксперимент удался. И не факт, что я на этом остановлюсь. Возможно, напишу когда-нибудь что-то ещё от лица мужчины.

Я исцелила себя своей же книгой

— Ваше образование помогает вам в писательской деятельности?
— Юридическое образование мне помогает в заключении договоров с издателем, когда нужно заполнять различные бумаги, проверять, всё ли в порядке относительно авторского права. А непосредственно в творчестве, если честно, абсолютно нет. Но у меня ведь есть ещё и другое образование. Я закончила психологический факультет. Правда, теория психологии и практика – абсолютно разные вещи. У меня огромная практика общения с читательницами, которые часто просят моего совета. И я делаю это. Но для меня это не столько совет, сколько мой субъективный взгляд со стороны. А что касается творчества, то я бы тоже не сказала, что психологическое образование мне как-то здесь помогает. Образование, наверное, больше помогает в жизни. А в творчестве помогает наблюдательность. Я подсматриваю за людьми, анализирую их поступки. Когда вижу человека, сразу думаю: пригодится ли его типаж для моего романа?
— В связи с этим, можно ли сказать, что вы – фантазёрка?
— Да, я, бесспорно, – большая фантазёрка. Работа у меня такая. Сейчас даже спустя годы я вспоминаю, что когда-то, много-много лет назад, когда я, провинциалка, приехала поступать в Щепкинский театральный институт, я прошла первые два тура, а на третьем меня срезали. Мы делали этюды, и меня попросили изобразить ключ. Я легла на пол, сделала руки в боки и сказала: «Я – ключ!». Мне ответили: «Нет, девушка, у вас очень скудная фантазия». Сейчас, я понимаю, что со скудной фантазией книги писать не будешь. Но тогда мою фантазию не оценили.
— В своих сюжетах вы используете ситуации, связанные с побочной стороной бизнеса, когда партнёр подставляет, банк не платит?..
— Да, я всегда всё, что наблюдаю, отражаю в своих книгах. Даже некоторых издателей (конечно, под псевдонимами) я несколько раз пропесочивала в своих романах. Для того, чтобы потом не было проблем, я всегда пишу, что все события и герои – вымышленные, хотя… Юридически тут никак не подкопаешься. Поэтому я запросто могу прокатить всех издателей, которые не всегда чистоплотны в деловом и человеческом плане. Когда я не могу достучаться до своей подруги, которая ездит к турецкому аниматору и тратит на него все деньги, я могу написать об этом в своей книге для того, чтобы она посмотрела на себя со стороны и поняла, что это абсурд. Я не судья, а всего лишь автор, который описывает события и характеры так, как видит их.

Для меня написание книг – уже не вопрос денег

— Сегодня много людей, которые умеют себя продавать, но не умеют писать. Не мешаются ли такие горе-писатели под ногами?
— У меня под ногами точно никто не мешается. Для меня вообще незнакомо слово конкуренция. У кого бывают конкуренты, те просто не могут себя оценить, у них нет уверенности в себе. Сколько бы ни было авторов, всем желаю сил, здоровья и больших тиражей. У меня есть своя читательская аудитория, своя ниша, которую я завоёвывала 15 лет, которую я умею и хочу держать. Мне хочется удивлять, я горжусь тем, что я настолько востребована. Ради Бога, пусть появляются новые звёздочки, те, кому есть, что сказать и у кого это получается, потому что каждый в этой жизни имеет право чего-то достигнуть.
— А как, вообще, относитесь к писательским рейтингам?
— Раньше переживала: какое место, какой тираж? Это нормально, когда ты развиваешься, находишься на этапе своего становления. У меня по писательскому рейтингу было сначала третье место, только потом я завоевала второе и, конечно же, мне хотелось быть первой. Сейчас произошла монополизация книжного рынка. На сегодняшний день он сконцентрирован в одних руках. Понятно, что никому от этого хорошо не стало. С тех пор все рейтинги меня перестали интересовать, я успокоилась, вся эта гонка мне больше не нужна. Теперь я просто хочу жить в своё удовольствие, радоваться жизни, писать для людей и уже не гоняться за этими тиражами. Если раньше была здоровая конкуренция, и я понимала цель и смысл того, чтобы чего-то достигнуть. То на сегодняшний день, когда рынком правит один человек, что-то доказывать просто глупо. В данный момент я перестроилась, нормально восприняла всю эту акцию. Пишу в том же режиме, но не гонюсь за рейтингами.
— Кто вам самой нравится из писателей?
— Я очень много читаю. Я всеядна в этом смысле. Если обычная девушка едет на отдых с чемоданом вещей, то я – с чемоданом книг. Просто я очень быстро читаю. Когда захожу в книжный магазин, покупаю все новинки, быстро их «проглатываю». Конечно же, с удовольствием перечитываю и наших классиков. Остановить меня в выборе книги может только наличие в ней мата. В последнее время, к сожалению, нецензурная лексика встречается в книгах. И, если мне попадается такая книга, я могу просто выкинуть её в ведро.

Я подсматриваю за людьми, анализирую их поступки

— А как относитесь к тому, что порой публикуются откровенно слабые произведения, которые читать просто невозможно?
— Я думаю, что такая ситуация даже не может никого раздражать, разве что самого человека, который отдал за публикацию этой бездарной книги деньги. Я не думаю, что у такого писателя будет аудитория. Да, сейчас очень много народу публикуется за свои деньги. Как правило, они потом раздаривают свои книги, потому что у них огромная проблема с реализацией. А если даже такие книги поступят в продажу, то их автор не соберёт читателей вокруг себя. Много есть примеров того, когда такой горе-автор издаёт две-три книги, и на этом его творческая деятельность заканчивается. Человек просто прекращает писать. Сколько он будет платить себе в угоду, чтобы просто потешить своё самолюбие?.. Потому что если автор своей книгой, что называется, выстрелил, собрал аудиторию и умеет её удерживать – это одно. Но есть ведь и писатели-однодневки, которые по сути никому не нужны кроме себя. Это писательство без перспектив и без дальнейшего продвижения в книжном бизнесе.
— Над чем работаете сейчас?
— Сейчас я уже приближаюсь к написанию своей сотой книги. Пишу уже свой 99 роман, и он будет в жанре мистического детектива. Вообще, я люблю экспериментировать. И у меня уже был опыт написания произведения с лёгким оттенком мистики. А сейчас в обществе есть интерес к данной теме. У всех жизнь тяжёлая, и все хотят верить в чудеса и волшебство. Мне захотелось написать более серьёзный мистический детектив. И я так этим увлеклась, мне стало настолько интересно самой то, что я делаю, что с данным романом мне вообще не хочется расставаться. И, если я пойму, что читатели примут эту мою книгу на ура, то, вполне возможно, я опять вернусь к этой теме.

Чтобы быть принятой в эту организацию, нужны две рекомендации от писателей. Они сказали мне, что каждая рекомендация стоит 200 долларов

— Вы состоите в Союзе писателей?
— Нет, и не горю желанием. Сейчас для меня в этом вообще нет необходимости, потому что мне это ничего не даст. Я не тот человек, которому нужно тешить своё самолюбие и кому-то что-то доказывать. Потому что всё я доказала себе уже давно. В начале своей карьеры мне, конечно, хотелось вступить в Союз писателей. Пришла туда, и мне сказали, что для того, чтобы быть принятой в эту организацию, нужны две рекомендации от писателей. И дали координаты людей, которые должны меня рекомендовать. Когда я с ними связалась, они сказали мне, что каждая рекомендация стоит 200 долларов. Этого для меня было достаточно, чтобы уже не стремиться в этот Союз. Я подумала: как же всё-таки это не совсем красиво. Если бы люди от души прочитали мою книгу и дали бы мне рекомендацию, это было бы понятно. А они, оказывается, и читать её не собирались. Нужно было просто заплатить 200 долларов. Но, главное, они меня успокоили, сказав, что потом обязательно научат меня, как правильно писать. Это было для меня разочарованием, которое я запомнила. А потом подумала словами классика: «Такой Союз нам не нужен!».
— Председатель московской секции Союза писателей Владимир Гусев рассказал мне как-то анекдот: «Секретарь Союза строит писателей и говорит: «На первый-второй рассчитайсь!». И слышит: «Первый, первый, первый…». Это хорошо, что каждый из писателей считает себя первым?
— Я считаю, что ничего плохого в этом нет. Творческие люди – особенные. Поэтому, если они хотят быть первыми, пусть будут. Ведь они живут в своём внутреннем мире. Как бы все ни говорили, мол, подумаешь, какая ерунда – написать книгу! Это только кажется простым делом. А ты сядь и напиши… Писательство — это вынужденное затворничество, когда человек, несмотря ни на что сидит в четырёх стенах и пишет. Так что пусть уж творческие люди творят и будут первыми. И им в этой жизни нужно прощать всё.

Беседовал Виталий КАРЮКОВ

Ошибка в тексте? Пожалуйста, выделите её и нажмите "Ctrl + Enter"

Подписаться на RSS ленту

   

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Лента новостей

Видео на «Пиши-Читай»

В Петербурге с третьей попытки установили памятник Сергею Довлатову

В Петербурге с третьей попытки установили памятник Сергею Довлатову

До этого презентованный общественности монумент пришлось демонтировать для доделки.

Популярные писатели вернули моду на устное чтение (ВИДЕО)

Популярные писатели вернули моду на устное чтение (ВИДЕО)

В «Гоголь-центре» завершился 21-й сезон «БеспринцЫпных чтений». Этот проект — один из самых странных на…

Певец Алекс Дэй благодаря Гарри Поттеру сам стал немножечко магом

Певец Алекс Дэй благодаря Гарри Поттеру сам стал немножечко магом

Рэпер из Британии прославился тем, что в одной песне использовал практически все заклинания из саги…

Яндекс.Метрика