Александр Иличевский: «Я убеждён, что никакого второго тома «Мёртвых душ» не существовало»

По признанию литературоведов, Иличевский — один из самых ярких и сложных современных авторов. Он выдающийся прозаик, о чём свидетельствуют премии «Русский Букер» и «Большая книга», и сильный учёный-физик. Человек, бесконечно преданный литературе, в жизни он не слишком многословен. Тем интереснее познакомиться с ним поближе…

— Александр, насколько известно, вы физик-теоретик? Помогает ли ваше образование вашей литературной работе?
— Оно расширяет кругозор. Это важно, это позволяет выбрать более удобную, плодотворную точку наблюдения и умозаключения.
— Но как всё-таки вы «ушли» в литературу? Были ли предпосылки с детства, юности? Возможно, кто-то из родителей — творческий человек? Любили ли книги в вашей семье?
— Семья, и я вместе с ней, только и делала, что читала. Родители собирали библиотеку, и книга была источником как знания, так и развлечения. У отца была своя отдельная техническая библиотека, ею я тоже со временем стал пользоваться. Мама хранила особенно ценные издания в отдельном шкафу, ключ от которого выдавался мне в качестве поощрения. Особенно меня в нём привлекала «История искусств» и собрание Сервантеса.
— Ваш первый успешный литературный опыт — когда он состоялся? Стал ли судьбоносным писательский дебют?
— Думаю, это произошло, когда в 2005 году мой рассказ «Воробей» был опубликован в «Новом мире». Он получил и премию журнала, и премию им. Юрия Казакова одновременно. Именно с этого момента всё более или менее пошло в гору.
— Является ли официальная награда исчерпывающим признанием? И что, помимо премий, для вас действительно важно как для литератора?        
— Нет, есть множество примеров писателей как «одной книги», так и «одной премии». Кроме премий, существуют ещё и книги. Они важней всего.

Кроме премий, существуют ещё и книги. Они важней всего

— Как и через какие этапы прошла ваша писательская эволюция?
— Ничего особенного. Как у всех. Детство, отрочество, юность.
— Какие из сегодняшних русских и иноязычных писателей кажутся вам наиболее значительными? Кто из них, по-вашему, «тянет» на классика?
— Кутзее, Рушди, Уолкотт, Искандер, Найпол, их много. Но всё больше англоязычные. Вот Чеслав Милош уже умер, иначе я его тоже призвал бы в этот список. Но он уже член этого клуба навеки.
— Влияет ли на вас кто-нибудь / что-нибудь из современной литературы? В частности, интересна ли вам современная израильская литература — вы ведь, насколько я знаю, живёте сейчас в Израиле — и читаете ли вы её в подлиннике?
— Да, читаю внимательно, но не на иврите. Из современной литературы — ярчайшее впечатление на меня произвело творчество Алисы Бяльской — её роман «Лёгкая корона», будучи переведён с русского, вызвал настоящий переполох в израильской литературе, и справедливо.
— Есть ли у вас, говоря школьным языком, «любимый автор»?  
— Платонов, Бабель, Шаламов, Бродский и ещё целая библиотека.
— Каких книг, по-вашему, недостаёт сегодняшней литературе — какую (или какие) следовало бы написать?
— Нужен, что ли, Шаламов о современности. И побольше смеха в то же самое время. Как это ни трудно. Я давно не читал ничего смешного о нынешнем времени, смех в нём пока не возможен. Это не правильно и говорит о тяжёлой форме упадка.
— Все ли рукописи «не горят»?
— Рукописи и горят, и пребывают в безвестности, и остаются не написанными. Скажем, я убеждён, что никакого второго тома «Мёртвых душ» не существовало. Он был сожжён лишь в метафорическом смысле, дабы уклониться от необходимости его обнародования. Из хороших не слишком известных книг — это «Территория» Олега Куваева и «Самодержец пустыни» Леонида Юзефовича.

Рукописи и горят, и пребывают в безвестности, и остаются не написанными

— Что из написанного вами до сих пор вы считаете самым важным?
— Сборник рассказов «Пловец», квадрига «Солдаты Апшеронского полка» и «Справа налево», сборник короткой прозы, выходящий в этом году в АСТ.
— Если можно, а как сегодня живётся русскому писателю в Израиле? Что даёт средства для достойной жизни?
— Я люблю Израиль, а с любовью можно жить где угодно, хоть на Луне. Зарабатываю последние годы написанием сценариев и публикациями в прессе.
 — Над чем вы сейчас работаете? И когда можно будет почитать вашу следующую книгу?
— Я уже говорил, что вот-вот выйдет сборник «Справа налево». А большой роман новый должен дописать до конца года.
— Должен ли писатель (поэт), вообще богемный человек, иметь гражданскую позицию? И что бы вы хотели пожелать родине в такое нелёгкое для неё время?

Поэт был «и мал и мерзок — не так, как вы — иначе», гадок, но по-особенному, не так, как те, кто его читал, восхвалял, проклинал. В нынешнюю эпоху тотальной медийности, основанной на воцарившейся прозрачности мира благодаря мощности горизонтальных связей, эта максима если не отменяется, то требует обновления

— Когда-то легко было пренебречь личностью, например, поэта — в сравнении с тем, что он делает. Это было даже таким непременным условием восприятия. Поэт был «и мал и мерзок — не так, как вы — иначе», гадок, но по-особенному, не так, как те, кто его читал, восхвалял, проклинал. В нынешнюю эпоху тотальной медийности, основанной на воцарившейся прозрачности мира благодаря мощности горизонтальных связей, эта максима если не отменяется, то требует обновления. Качества личности всё больше вмешиваются в производимый ею смысл. Началось это всерьёз, кажется, с Эзры Паунда. Теперь этот «синдром Паунда» почти совсем уже переместился из области недоразумения в область общезначимости.
А родине я желаю разума и милосердия.

Беседовала Елена СЕРЕБРЯКОВА

Ошибка в тексте? Пожалуйста, выделите её и нажмите "Ctrl + Enter"

Подписаться на RSS ленту

   

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Лента новостей

Видео на «Пиши-Читай»

В Петербурге с третьей попытки установили памятник Сергею Довлатову

В Петербурге с третьей попытки установили памятник Сергею Довлатову

До этого презентованный общественности монумент пришлось демонтировать для доделки.

Популярные писатели вернули моду на устное чтение (ВИДЕО)

Популярные писатели вернули моду на устное чтение (ВИДЕО)

В «Гоголь-центре» завершился 21-й сезон «БеспринцЫпных чтений». Этот проект — один из самых странных на…

Певец Алекс Дэй благодаря Гарри Поттеру сам стал немножечко магом

Певец Алекс Дэй благодаря Гарри Поттеру сам стал немножечко магом

Рэпер из Британии прославился тем, что в одной песне использовал практически все заклинания из саги…

Яндекс.Метрика